Меню Закрыть

Сколько врачей сократят в Москве. Куда выведет «оптимизация» столичного здравоохранения?

«Свободная Пресса»
2014-12-08 00:33.

Московские чиновники не устают разъяснять, как и для чего потребовалось проводить модернизацию столичного здравоохранения. Называют этот процесс по-разному: модернизация, оптимизирующие мероприятия, почему-то слово реформа под запретом, от него открещиваются. А медики всё происходящее в последние месяцы называют просто: убийство системы здравоохранения. Над тысячами московских «айболитов» висит дамоклов меч увольнения, пациенты в панике от того, что в скором времени, когда толковых врачей поувольняют, больных попросту некому будет лечить.

 

 

О том, что в столичном здравоохранении пройдут масштабные сокращения, медики знали уже давно. Но люди сидели тишком-молчком, ждали, авось, рассосётся. Не рассосалось.

Сейчас ситуация напоминает джина, выпущенного из кувшина. Сотрудники, которые получили уведомления о сокращении, вышли на митинги, в столице их уже прошло два: 2 ноября и 30 ноября. Людей понять можно, они бьются за свои рабочие места, перемены их пугают. Те, кто остался на своих рабочих местах, с недовольством смотрят на бунтарей. Действительно, ведь им наобещали кучу бонусов.

Напомним, городские власти пошли навстречу медицинским профсоюзам, которые просили смягчить последствия модернизации столичного здравоохранения. Все московские медики, которые попадут под сокращение, должны получить единовременные выплаты от 200 до 500 тысяч рублей в дополнение к положенным по трудовому законодательству выплатам. Врачи, которые захотят пройти переподготовку и получить более востребованные в медицине специальности, могут рассчитывать на стипендии от правительства Москвы. Немалые, кстати, деньги, 30 тысяч рублей в месяц. Кроме того, 1 декабря в здании поликлиники № 5 открылся Центр по трудоустройству медработников. В него будет стекаться информация о самых разных вакансиях, и не только в медицине – в любых отраслях. В общем, живи и ни в чём себе не отказывай!

Может, это и пугает народ, что слишком много всего? Думают, наобещают, а потом не выполнят. Тем более что чиновники ведут себя, мягко говоря, странно. На вопросы о том, сколько врачей останется без работы после оптимизирующих мероприятий, отвечают уклончиво: «неизвестно», «это будут решать главные врачи».

Нам постоянно задают вопрос: сколько будет высвобождаться медработников, говорит руководитель столичного департамента здравоохранения Алексей Хрипун. И мы всегда отвечаем, что не можем сказать. Решение о том, сколько коек останется в конкретной больнице, принимает медицинская организация и её главный врач. Сейчас наши медицинские организации работают в совершенно других условиях. Если мы возьмём серьёзную среднюю московскую больницу, а их много, как минимум 33, сегодня это настоящие медицинские предприятия, которые имеют огромный материально-технический ресурс. Поэтому они могут выполнять тот же объём медицинской помощи, сохраняя её абсолютную доступность, и могут демонстрировать лучшее качество.

Однако программы модернизации в открытом доступе нет. Создаётся впечатление, что чиновники сами не ведают, что творят. В таких случаях на помощь всегда призывают общественность.

В Общественной палате Москвы на прошлой неделе прошло первое заседание Совета по контролю за ходом модернизации в столичном здравоохранении. Совет возглавляют заместитель председателя ОП Константин Ремчуков и главный врач московской городской больницы №57, председатель Совета главных врачей при департаменте здравоохранения Москвы, депутат Мосгордумы Ирина Назарова.

В переменах, которые сейчас происходят, есть логика, сказал Ремчуков журналистам после заседания совета. Раньше человека привозили в любую больницу, где есть койко-место. Сейчас нам рассказали, что было создано 24 специализированных кардиоцентра с рентгеноперационными, из них 21 работает круглосуточно. Это привело к снижению смертности среди москвичей в наиболее тяжёлых случаях с 27% до 8% буквально за три года. Мы не боимся дискуссий, поэтому нет никакого смысла прятаться за спинами людей. Я хотел бы, чтобы были и пассионарные критики, и компетентные спорщики. Задача совета услышать все точки зрения. Потом совет примет своё решение, и мы подготовим от Общественной палаты предложение мэру Москвы.

По словам Ирины Назаровой, все заинтересованы в том, чтобы медицина стала более эффективной, более доступной и качественной.

Основная критика заключается в том, что не всегда понятны и прозрачны цели и задачи модернизации столичного здравоохранения. Представители медицинского сообщества, организаций пациентов и других общественных организаций вправе знать, в чьих интересах идёт эта модернизация, что должно быть на выходе, и что изменится для каждого конкретного жителя нашего города. Мы предлагаем вести открытый диалог, чтобы привлекать к участию обычных врачей, научных представителей, академиков, представителей организаций пациентов, общественных медицинских организаций, чтобы они могли прозрачно и ясно изложить суть всех претензий, существующих на данный момент. Сегодня у нас появились новые технологии, и это привело к тому, что стали быстрее ставить диагноз, мы стали эффективнее лечить, мы даём возможность человеку выздороветь в максимально короткие сроки. Какие-то отделения продолжают эффективно работать, а какие-то провалились, нет больных и всё. Наша задача сейчас привести число коек в соответствии с потребностью города. Любая хозяйка не будет включать свет в десяти комнатах, если она находится на кухне. Она экономит электроэнергию.

Общественность на совете представляли по большей части главные врачи столичных клиник, которые отрапортовали, что в столице всё прекрасно. Призыв президента благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» Нюты Федермессер одуматься и посмотреть реальности в глаза, многие восприняли с недоумением.

Ребята, вам не стыдно? Мы слышим в докладах, как у нас всё хорошо. Но у нас много чего не так! И много чего нужно менять! – сказала Нюта Федермессер. Если я правильно понимаю, у общественности есть некое непонимание того, что происходит в московском здравоохранении. Очевидно, что происходит реформа. Но это не только потому, что нужно сокращать экономические расходы. И не только потому, что нужно сокращать койки. Реформа происходит потому, что население, которое получает медицинскую помощь, мягко говоря, не всегда довольно результатом. И оснований для реформы очень много. Я не поддерживаю медиков, которые выходят на демонстрации и протестуют против реформ, эти медики защищают своё рабочее место, а не судьбу пациентов. Но если мы будем говорить, что у нас всё хорошо, ничего не изменится.

В общем, ситуация зашла в тупик. Правда, у чиновников сейчас есть очень хороший момент, под шумок новогодних праздников, когда народу не до выступлений, принять-таки программу, коль скоро все необходимые реверансы общественности уже сделаны. Поживём-увидим.

Александр Саверский, президент Лиги защитников прав пациентов, считает, что никто, даже руководство столичного здравоохранения, не знает, каким образом будет проходить модернизация или оптимизация. Вопросы: в чём заключается модернизация, для чего она проводится и по какому плану, до сих пор остаются открытыми.

Печатников (заместитель мэра Москвы по вопросам социального развития – прим авт.) часто говорит, что мы хотим, как в Европе. Но в Европе люди, прежде чем что-то предпринять, составляют бизнес-план и действуют в соответствии с ним. Тут мы понимаем, что никакого плана нет, во всяком случае, в открытом доступе такого документа точно нет. Вопрос о плане я задавал неоднократно Печатникову и Хрипуну. Хрипун сказал, что мы действуем в соответствии с программой развития здравоохранения Москвы. Чудесно, но в программе развития здравоохранения Москвы ничего близко нет о передаче 63-й больницы в государственно-частное партнёрство. И о закрытии роддомов там нет ничего конкретно. Нет также расчётов передвижения потоков пациентов. Когда 63-ю больницу закрыли, сказали, что пациентопоток перевели в Первую градскую. У меня сразу вопрос возник: а что, Первая градская резиновая? Добавить туда на минуточку, примерно 12 тысяч пациентов на год, откуда они взяли эти мощности?

Поэтому вопрос, который я задал Печатникову, был очень простой: когда будет программа? Честно говоря, думал, он ответит, что она есть, но мы её просто дорабатываем. А он говорит, что программа будет к концу декабря. Из чего мы делаем однозначный вывод, что программы нет.

«СП»: Я правильно понимаю, что, по-вашему, нет программы модернизации столичного здравоохранения?

Программа модернизации столичного здравоохранения закончилась два года назад, других программ в Москве нет. Вообще непонятно, что происходит!

«СП»: На пресс-конференциях руководству столичного здравоохранения постоянно задают один и тот же вопрос: сколько врачей останется без работы? Отвечают обтекаемо, дескать, точную цифру мы не знаем, это будут решать главные врачи.

Хрипуна я уже предупреждал: вы нам этими играми с главными врачами голову не морочьте. Кто отвечает за то, что происходит в городе: вы или главные врачи? Мы с главных врачей спрашивать не будем, потому что именно вы отвечаете за здравоохранение. Я сильно сомневаюсь, что главный врач 24-й больницы сам, не советуясь с городом, решил 11-ю больницу взять и сократить. Не поверю никогда! А если он это сделал, его следовало бы серьёзно наказать, потому что это нарушение закона об учреждениях: крупным имуществом главный врач без собственника, а правительство Москвы – собственники своих учреждений, не вправе распоряжаться.

Из-за чего и разгорелся весь сыр-бор. 11-ю больницу закрывают, какую-то часть медиков переводят в 24-ю, а остальных – на улицу. У них был подписаны уведомления с 1 декабря, но людей отозвали после проходящих в столице митингов. Справедливости ради должен отметить, что новый руководитель Департамента здравоохранения в ходе разбирательства по 11 ГКБ на встрече с коллективом сумел сгладить конфликт. Остаётся надеяться, что в дальнейшем не будет грубых ошибок, которые заставят нас снова ходить на митинги.

«СП»: Болезнь легче предупредить, чем лечить, об этом говорят давно. Как, в таком случае, нужно поступать? Всё равно же людей придётся сокращать?

Никто не спорит с тем, что нужно усиливать амбулаторно-поликлиническое звено, сокращать койко-места, но всё нужно делать последовательно. В Москве не хватает 25% участковых терапевтов, об этом департаменту известно уже два года, мы были уверены в том, что чиновники каким-то образом изменят ситуацию: проведут работу с врачами стационаров, которых действительно переизбыток, чтобы они перешли на эту работу, создадут для них условия. Этого ничего не было сделано, они просто начинают ломать систему. Решили их просто всех уволить, чтобы у людей не было выбора. Но я не уверен, что врачи из стационаров пойдут терапевтами работать, а не найдут себе место в частной компании, например. Для этого с ними надо было общаться с каждым лично. А по факту что? А по факту скандал в ГКБ 11 возник, в частности, из-за того, что главный врач ГКБ 24, куда влилась ГКБ 11 уже года назад, встретился с коллективом последней только после митинга, резких слов президента РФ в адрес реформы и беспокойства всех, от Министерства здравоохранения до общественных организаций. А так врачам просто увольнительные раздавали и зарплата упала в три раза.

«СП»: По вашим подсчётам, сколько всё-таки людей сократят?

Сложно сказать. У Хрипуна на встрече в Общественной палате вырвалось «мы сократим 7 тысяч врачей пенсионного возраста». Потом Печатников его поправил и сказал, что речь идёт о 5 тысячах, и вообще мы не собираемся никого сокращать, а будем переучивать. Думаю, сначала нужно усилить амбулаторно-поликлиническое звено, потом высвобождаемые койки перепрофилировать под необходимые задачи, и только потом, что останется, нужно сокращать. Только так процесс пройдёт максимально безболезненно и для врачей, и для пациентов. И ни одного сокращения больниц и отделений не может быть без публичного обсуждения и учёта мнения общественности.

Из обращения врача Ольги Демичевой, эндокринолога ГКБ №11, к общественности на её странице в Facebook:

«Дорогие мои пациенты!

Завтра, когда от бывшей городской клинической больницы №11, где я лечила вас более 30-ти лет, останутся одни только воспоминания, знайте, я сделала всё, что было в моих силах, чтобы сохранить нашу замечательную клинику, сберечь дружный, преданный своему делу, своим больным коллектив врачей и медсестёр…

Нас сегодня поставили к стенке. Завтра будет команда «пли!».

Мы не одни, рядом много честных, порядочных медицинских работников. Мы не нужны этой стране. Мы ей мешаем… Поэтому нам вынесли приговор… За нашей спиной.

Простите, дорогие пациенты.

Последнее, что успела сделать для вас справочник по диабету. Вы у меня умницы, вы справитесь.

Я сейчас чувствую себя старым волком, точнее, волчицей, идущей на свою последнюю битву».

Поделиться:
Приемная КПРФ. Оставьте сообщение.