Меню Закрыть

Чем дальше от войны – тем больше о ней фальсификаций и откровенной лжи

К 70-летию начала Великой Отечественной войны примерно в 70 раз увеличились потоки лжи и клеветы об этой войне

 

 

Когда был издан Указ президента РФ о противодействии попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России, казалось, что наконец-то будут поставлены хоть какие-то препоны на пути лжи и фальсификации истории Великой Отечественной войны. Но с каждым днем эта фальсификация только нагнетается самым бессовестным образом, особенно это относится к событиям начального периода войны. Причем в роли знатоков истории, «экспертов» выступают, как правило, совершенно случайные люди, не осведомленные ни в самой истории, ни в военном деле. Их невежество порой доходит до абсурда, прямого оскорбления исторических личностей.

Согласно Конституции РФ каждый гражданин вправе рассчитывать на получение объективной информации, но большинство людей лишено этой возможности. В газетах, по ТВ, радио годами выступают одни и те же люди, которые судят о сложнейших проблемах упрощенно, не понимая существа дела. Причем редакции СМИ дают слово именно им, а историкам, ветеранам, стоящим на объективных позициях, такой возможности не предоставляется. Достаточно сказать, что в президентской комиссии по противодействию фальсификации состоят самые злостные фальсификаторы (Л.Млечин, Н.Сванидзе и др.), но там нет ни одного участника Великой Отечественной войны. О потерях во время войны больше всего пишет и глаголет филолог Б.Соколов. В фильме «22 июня. Роковые решения» ведущую роль играет Марк Солонин, сочиняющий самые невероятные вымыслы о войне.

Дело доходит до прямого жульничества, когда в фильме Пивоварова о начале войны зачитываются отдельные выдержки из документов Генштаба «О нанесении ударов», но упускаются те места, где сказано: «Отразить вторжение противника и затем нанести удары». В некоторых статьях приводятся разведдонесения об ожидаемом нападении противника и упускается вторая часть докладов руководителей разведорганов, НКВД, где делаются выводы о провокационном характере приводимых разведданных. Кому надо было верить?

Не порадовали читателей и многие статьи, посвященные 70-летию начала войны – к сожалению, и в такой авторитетной газете, как «НВО». Так, в этой газете появилась статья А.А.Кокошина «Июньские уроки 41-го года», человека, не имеющего никакого отношения ни к серьезной исторической науке, ни к военному делу, ставшего академиком на такой же почве, как А.Н.Яковлев и некоторые другие. Андрей Афанасьевич видит главную причину неудач Красной армии в 1941 г. в том, что мы уступали немцам в средствах управления, и прежде всего в радиосвязи. Но не в этом, конечно, была основная причина неудачно сложившейся войны. Если бы хотя бы первые оперативные эшелоны войск своевременно были приведены в действительно полную боевую готовность и при существующих тогда средствах связи военные действия советскими войсками велись бы более организованно и успешно, чем это случилось в июне 1941 г.

Заклинания по поводу радиосвязи и других средств управления не очень уместны еще и потому, что наша страна за 8–10 лет перед войной и так совершила огромный индустриальный и технологический скачок, заново создав оборонную промышленность, но решить до конца все задачи создания современного для того времени вооружения было невозможно. Академик А.Кокошин ссылается на маршала войск связи А.Белова, который, оказывается, в своих послевоенных мемуарах состояние военной связи оценивал как неудовлетворительное. После войны А.И.Белов много лет был начальником войск связи Советских Вооруженных сил. И за это время наше отставание в средствах управления по сравнению с американцами еще больше увеличилось, и такое положение сохранялось до конца существования советских ВС. Мы существенно отставали в средствах РЭБ, радиолокации. И в Югославии, и в Ираке, и в других войнах поставленные нами средства РЛС были парализованы противником.

По этому поводу было много заклинаний и громких заявлений и в новой демократической России, в том числе и в бытность А.А.Кокошина первым заместителем министра обороны РФ, когда он курировал военно-техническую политику и вооружение армии и флота. И когда во время Чеченской войны 6-я рота 76-й ВДД была атакована превосходящими силами банд­формирований и погибала, она в течение более суток не могла связаться ни со своими командирами, ни с артиллерией, ни с авиацией. От отсутствия связи и нарушения управления в один день от бандитов погибла целая рота. И еще раньше (тоже в «демократические» времена) по этой же причине в тяжелое положение попала наша погранзастава в Таджикистане. В 2008 году в Южной Осетии во время отражения грузинской агрессии, как признал сам начальник Генштаба генерал армии Н.Е.Макаров, связь в группировке российских войск была полностью парализована, даже командующий 58-й армией вынужден был связываться с подчиненными командирами с помощью мобильных телефонов, заимствуя их у журналистов. Такого позора, полного коллапса связи не было в 1941 году.

И право же, приводит в умиление, когда и через 70 лет А.Кокошин и другие, ничего не сведущие в военном деле политики и перевертыши-журналисты, записавшиеся в историки, критикуют то, что было 70 лет назад. И в то же время они не только ничего нового не смогли создать, но и разрушили до основания то, что когда-то (пусть не очень совершенное) еще существовало.

А.Кокошин утверждает, что накануне и даже с началом войны у советского руководства не было «адекватного понимания политико-идеологического характера войны… как войны тотальной, войны на уничтожение». Но Сталин в своем выступлении 3 июля 1941 г. именно об этом и говорил: «Гитлеровцы хотят навязать нам войну жестокую, войну на уничтожение, и если они хотят такую войну, они ее получат». Что еще к этому надо было добавлять? А.Кокошин одну из причин неудач в 1941 г. видит также в том, что в Советском Союзе не была разработана теория стратегии. Он даже пишет, что в 30-е годы запретили изучать стратегию, но, если ознакомиться с мемуарами А.М.Василевского, И.Х.Баграмяна и других военачальников, кто учился в те годы в академии Генштаба, то они утверждают, что в академии существовал теоретический курс стратегии. Это подтверждается и учебными программами тех лет.

Как отмечал Г.К.Жуков, не все, конечно, удалось предвидеть должным образом. Теория, разумеется, освещает путь практике, но когда начинается война или любая другая практическая деятельность, руководители не в теорию заглядывают, а на основе анализа конкретно сложившейся обстановки принимают соответствующие стратегические решения, изыскивая порой новые формы и способы стратегических действий, отметая все старое, что было до этого. В этом была сила и Эпаминонда, и Македонского, и Суворова, и Наполеона, и Жукова. Но ни А.Какошин или Л.Млечин, ни Э.Харитонов и М.Салонин никогда этого не смогут понять.

Поскольку А.Кокошин призывает еще и к тому, чтобы извлекать уроки из истории, то об одном из таких слабоусвоенных уроков можно было бы еще раз напомнить. Все знают, что в государстве никогда нельзя награждать человека должностью. Но во все времена стремление как-то обойти этот непреложный закон, непременно поставить «своих» людей губило дело. Несмотря на свою требовательность и строгость, не избежал этой слабости и Сталин. И это не только Кулик, Мехлис или Павлов. Мехлисов было немало. А последние тоже подбирали людей по образу и подобию своему. В наше время, когда сотрудник института становится первым заместителем министра обороны; финансист-бухгалтер руководит здравоохранением; врач-кардиолог – сельским хозяйством, военным образованием ведает дама с собачкой, не имеющая военного образования; обычный переводчик отвечает за оборонно-промышленный комплекс; человек, который никогда в жизни не занимался педагогической деятельностью, становится министром образования; когда вообще некомпетентность и верхоглядство становятся всеобщим явлением, 1941 год может случиться не только на фронте. Если после Гражданской войны большевики посылали в государственные структуры комиссаров, то они не брезговали и «буржуазными специалистами», да и сами работали в поте лица, постигая новое порученное дело. Теперь деятели новой волны сразу начинают поучать других, полагая, что если руководитель что-то сказал в микрофон, то все дела будут сами собой делаться, то есть управление идет в основном через СМИ. И самое главное – нет элементарной требовательности, ответственности за последствия своей деятельности.

Прискорбно, конечно, что в первых рядах современных фальсификаторов истории идут наши отечественные политики и СМИ. Именно в России начала орудовать федотовская инквизиция. Но отрицание значения победы над фашизмом может привести к полному пересмотру итогов Второй мировой войны, крушению послевоенного устройства мира. И речь пойдет не только о Курилах, но и о восточно-прусских землях, которые «оккупирует Польша», о Вильно и Клайпеде, которыми владеет Литва, и о многих других раздорах.

Не понимать всего это могут только люди, вовлеченные в русло глобальной информационной войны и пытающиеся что-то на этом позорном деле заработать. Всем нормальным людям независимо от политических убеждений надо твердо сказать НЕТ всем этим провокациям.

По страницам газеты «Советская Россия», Владимир Воскобойников, участник Великой Отечественной войны

Поделиться:
Приемная КПРФ. Оставьте сообщение.