Меню Закрыть

ХОЧЕТСЯ В СССР

ХОЧЕТСЯ

В СССР

За явным преимуществом Сергея КУРГИНЯНА и его команды завершились свыше сорока раундов передачи «СУД ВРЕМЕНИ» на Пятом («питерским») после чего руководство канала (или «судья» Николай Сванидзе?) выбросили белое «полотенце»

— Сергей Эрвандович, каков, на ваш взгляд, общий итог программы «Суд времени»? Что показала, чем стала для российского общественного сознания?

Она была войной, а не шоу. Идеологической войной. Войной концептуальной, мировоззренческой, политической. Подводя итоги, надо, прежде всего, проанализировать, КАК ИМЕННО эта война велась. Может быть, впервые в подобной войне у противника с самого начала отняли монополию на дискурс (рассуждение – «СП»). Под дискурсом я имею в виду рациональное, научное знание, опирающееся на «безусловные» факты и процедуру логического обоснования. Обычно дискурсу противопоставляют миф, то есть священное предание, которое запрещено рациональным образом «расковыривать». До передачи «Суд времени» преобладала другая стратегия ведения «военных действий» Державники требовали, чтобы либералы не оскверняли священные мифы. А либералы ухмылялись: «Вот-вот, мифы! Вы носитесь с мифами, как с писаной торбой. А на САМОМ ДЕЛЕ всё было так-то и так-то».

Именно такая стратегия и привела либеральные силы к конце 80-х годов прошлого века к победе. Да и впоследствии позволяла им удерживать какие-то позиции. Но в обществе вызревали новые – подчеркиваю, именно новые! — тенденции. Новые интеллектуалы, в основном историки, накапливая объективный, разоблачающий ложь либералов, материал, обсуждая в Интернете, подвергали его глубокому осмыслению. Что в этом участвовали люди старшего поколения – естественно. Знаменательно, что их эстафету перенимает молодежь. Противники же на то и надеялись, что старики вымрут, а молодежь отвернется от СССР.

Произошло же нечто совсем другое. И это «совсем другое» — не буря в стакане шоу на историческую  тему, а как говорят мои западные коллеги, «тектонический сдвиг», формирование нового большого нарратива (повествования – «СП»). Под напором исторических доказательств противники сами всё больше сдвигались на территорию… мифа. Встает этакий постмодернист и говорит: «Как известно, Петр уничтожил военный флот…» Наш эксперт ему отвечает: «Я доктор исторических наук, в прошлом судостроитель. Изучал все чертежи кораблей, созданных Петром. Что Вы болтаете, какой флот уничтожил? Назовите имена уничтоженных кораблей! А вот Петр создал то-то, то-то и то-то…»

Все понимают, что в «Суде времени» мы победили сокрушительно. Выиграны все, а их было более срока, сражения. Сначала противники пытались противопоставить голосованию по телефону результаты голосований в студии. Но скоро поняли, что голосование по телефону полностью «согласуется» с настроениями в Интернете. Мы ликовали, когда вначале соотношение за и против нас было 78:22, а к концу перевес доходил до 92:8 и даже до 97:3. Вовсе не хочу сказать, что советские ценности поддерживают 92, тем более 97 процентов всего населения. К тому же «Суд времени» смотрела не вся страна. Но смотрел так называемый актив – то есть политически небезразличное население.

Так что противники от бессильной ярости только скрипели зубами. И поскольку им уж очень хотелось за что-нибудь уцепиться, сочинили достойный Кафки бред, согласно которому в студии «просвещенная аудитория» — рафинированные московские интеллектуалы, поддерживающие Сванидзе и Млечина. Тогда как на стороне Кургиняна – названивающее по телефону «отсталое большинство»  («охлос», «быдло»). Но «охлос» не желал молчаливо внимать бреду и завалил почту шоу «объективками», с указанием возраста, наличия одного и более высших образований, научных званий. Что же касается голосовавших в студии, то лишь с невеликого ума можно «массовку. ру» — пришедших в большинстве своем ради небольшого заработка участников шоу называть «рафинированными интеллектуалами», «просвещенной аудиторией».

«Массовка.ру» в телестудиях – это в основном деполитизированный пласт общества, испытывающий серьезнейшую социальную фрустрацию (срыв, крушение планов, намерений, ожиданий – «СП»). Умонастроения этого контингента абсолютно ясны — нервничает по поводу Сталина, боится его так же, как начальника ЖЭКа или мента. Но, нервничая по поводу Сталина, страстно мечтает о Брежневе и о возвращении к социальным нормам брежневизма. И при любой попытке их «дискредитировать» яростно протестует. И так яростно, что Сванидзе с Млечиным не только изумлялись, но и пугались. Чем в большей степени я это понимал, тем в большей степени удавалось завоевать (результаты голосований тому свидетельство) и этот контингент.

— А еще есть «болото»…

— Этот контингент и есть «болото». Точнее его неблагополучная, то есть наибольшая часть. Другое дело, на таких ностальгирующих во всём, что касается серьезной политической, да и социальной мобилизации обманчиво пока опираться.  Так что мало зафиксировать результаты. Их надо еще и осмыслить. Александр Андреевич Проханов, которому я очень благодарен за его быструю и яростную поддержку, с ликованием говорит о незадетости основной части нашего общества инсинуациями (клеветой – «СП») «перестроечных» и постперестроечных либералов, что самих либералов приводит в ярость, негодование. Но я бы не сводил всё только к этому. Речь не об остаточной «советскости», а о новой советизации. И это очень важно зафиксировать. Вернуться в СССР стремится новая левая молодежь. Стремление к переосмыслению советского прошлого демонстрирует когнитариат – работники умственного труда. Идет действительно очень мощный и крупный процесс. И весьма прискорбно, что ни либералы, ни власть, которая с либералами во многом солидаризируется, этого не хотят понять.

Я многократно говорил, что власть занята не идеологией, не формирующейся у нее на глазах новой макросоциальной реальностью, не новыми во всем, что касается постсоветской идентичности, тенденциями. Она занята межклановой борьбой, протокольной рутиной, так называемыми прямыми и явными угрозами… А также действиями на стыке бизнеса и политики. Именно такие действия (передел рекламного рынка, оптимизация бизнес-отношений с держателями акций и т.д.) привели к фактической «зачистке» Пятого канала. Хотя мне намного выгоднее говорить, что власть испугалась программы «Суд времени» и закрыла канал, это было бы нечестно. Чтобы испугаться определенного явления, надо его увидеть и осмыслить. А власть – вот тайна нашего времени – на это и не может, и не хочет отвлечься.

— Радикальный сдвиг  политизированного ядра нашего общества, как вы только что на факте «Суда времени» убедительно аргументировали, налицо. Сдвиг по отношению к 1989-му, 1991-му и даже 1993-му годам. Сдвиг в пользу советской модели. Но этот сдвиг оттеняется теми процессами, которые осуществляются сейчас правящим режимом. Возникает вопрос: если соотношение так сильно изменилось, то почему сдвиг никоим образом не трансформируется в политической сфере? Почему достаточно большие массы населения практически не реагируют на то, что переживаем сейчас? Например, на повышение тарифов? Вокруг все спокойно…

Потому что общий характер регрессивнх (откатных назад) процессов,  порождает отсутствие подлинной социальной и политической энергетики. Основатель французской социологии Эмиль Дюркгейм называл это «аномией». Мы имеем то, что имеем. Не менее того, но и не более. Для телевизионного шоу десяти тысяч проголосовавших – это очень большие цифры. На самом деле их сторонников, убежден, миллион. Но одни из снобизма не нажимали на телефонные кнопки, другие возможно, по иным причинам. Ведь мобильный телефон и всё что по нему говорится, фиксируется, так легко записать, зарегистрировать…

На сегодняшний день, как мне кажется, просоветские чувства только зарождаются, носят весьма робкий характер и сочетаются с действием тем самым образом, который так емко и точно описал «архитектор перестройки» Александр Яковлев. Не зря он  сказал про себя и братьев-либералов: «Мы сломали им хребет». При сломанном хребте нервные импульсы не порождают сокращение мышц, тело обездвижено. Налицо разрыв между самыми простыми формами социального действия (даже нажатием телефонной кнопки) и эмоциями. Бывают случаи, когда эмоция кипит, а действия не происходит. Для того, чтобы эмоция соединилась с действием, нужны определенные условия, нужно, чтобы человек не был сломан. В противном случае он будет говорить: «Как всё ужасно! Я весь киплю!» и не осуществит даже самых простых действий.

Удар по обществу в конце 1980-х был нанесен очень искусно. И действие этого удара пролонгировано на всю следующую эпоху. И слова, повторяю, «мы сломали хребет» очень важны. Яковлев в своих образах был крайне точен: человек с переломанным позвоночником двинуться не может, он может еще, если не повреждены центры речи, как-то говорить, может моргать глазами или мычать в негодовании, но не может осуществить действия. И главная задача в том, чтобы срастить позвонки.

Век мой, зверь мой,

кто сумеет

Заглянуть в твои зрачки

И своею кровью склеить

Двух столетий позвонки?

Это у Мандельштама. Гамлет использовал другой, но сходный образ. Он говорил о порванной цепи времен. И о том, что именно на его долю выпала участь соединять эту цепь. И мы в «Суде времени» исходили из необходимости сделать это, уничтожить всех «тараканов», которых «перестроечные» либералы запустили в общественное сознание.

— В Египте огромная масса населения выходит на улицы. Власть отключает мобильные телефоны, интернет, а людская волна по-прежнему захлестывает. У нас этой энергетики нет. Выходит, слом хребта настолько прошел по всему советскому обществу, советско-русскому обществу, что подавляющее большинство проживающих в границах РФ поражены этой самой аномией?

Но люди же ощущают, что отказ от советского прошлого произошел не без их участия.

— Но то было, скорее, пассивное участие…

Пусть пассивное. В 1993-м, когда мы оба находились в Белом доме, и все флаги, включая красный, были подняты, и право находилось на нашей стороне, и было уже понятно, куда ведут либералы – в поддержку пришли 50 тысяч человек. Представьте себе, что пришло бы 500 или 700 тысяч. Жизнь сегодня была бы совершенно другая! И все ссылки на то, что Хасбулатов был плохой или кто-то еще – наивны. Потому что управлял-то процессом Верховный Совет или «Фронт национального спасения», а вовсе не Хасбулатов. Там было такое просоветское, патриотическое большинство, очень сложно построенное, и никакой Хасбулатов мимо него действовать не мог.

Но поддержка-то не была оказана. И дальше всё пошло по грубо-силовой, по сути, латиноамериканской модели, с некими имитациями демократического процесса.

Так что общество очень чувствует, что у него у самого-то тоже — я не хочу никого обижать – рыльце в пушку, что оно во всем, происходившем, включая расстрел Белого дома, соучаствовало. Это очень больная для общества мысль, от которой оно пытается отмахнуться. На самом же деле всё в этой мысли и содержится.  Тогда захотелось капитализма, теперь хочется социализма. А почему? Стало плохо жить? А где же идеалы, где же ценности, где же жертвенность, где тот аскетизм, который отличал наших отцов и дедов, когда они шли непроторенной дорогой, жертвуя, недоедая, недосыпая и строя то будущее, в котором, как они надеялись, их дети и внуки обретут социальное и духовное счастье? Где это всё? Этого нет. И пока это вновь не возникнет , не вернется к жизни (а это очень сложный процесс), пока не будет преодолен регресс, пока огонь той великой страсти не вернется в наше общество, в Росси ю – до тех пор… Мне нравится, когда в различных телевизионных роликах поют: «Ах, как хочется в СССР!» С одной стороны, вроде хорошо, что люди позитивно относятся к тому, что сам любишь. Но с другой стороны – вот это «ах, как хочется». Ну, хоти! А как именно тебе хочется? Ты покажи, как тебе хочется! И «хочется» не перетекает в социальное действие, потому что человек должен вернуться к понятиям «сила», «жертвенность», «подвиг», «правота». Только тогда человек будет способен к действиям. И для того, чтобы был способен к действию, у человека должен быть заново воссоздан или оживлен пласт Идеального. Чтобы его реальное сегодняшнее поведение регулировалось его представлениями об идеалах, а не о том, что он выживает любой ценой и приспосабливается к любой ситуации. Это, согласитесь, рабская позиция.

Существо с переломанным хребтом – малодушный раб. Чехов предлагал «по каплям выдавливать из себя раба. Но это процесс мучительный. Особо мучительный потому, что общество само согласилось надеть на себя рабский ошейник. И оттого, что на него надевают такое замечательное ярмо, даже было счастливо. Еще и говорило, что это даже не ярмо, а корона возвращения в мировую цивилизацию.

И содеянного с самим собой общество не искупило. По-настоящему этого еще не пережило. И его за это шельмовать не надо. Надо помочь сотворению таинства искупления. Возможно, поначалу это сумеет сделать совсем небольшая часть общества. Но затем, к этой части будет прилипать всё больше и больше. Если же это ядро не будет сформировано, то гигантская энергия может уйти в песо, и все, кто против этого, — прекрасно это понимают.

Для того, чтобы сформировать ядро, нужна полноценная метафизика – то есть полнота понимания всего, что связано с нашей историей. СМ нашей историей вообще и с советской историей, прежде всего. Тут «либо-либо».

Либо советская история, как «постыдный курьез» длиной в 73 года. Либо советская история, пронизанная огромным и судьбоносным смыслом. Но тогда ответить на вопрос в чем этот смысл. Почему русский народ вместе с другими народами СССР принял советское. И почему в этом своем принятии русский человек заслуживает не поношения, а восхищения.

Нет метафизики без понятия «подлинности». Создатели шоу «Суд времени» с самого начала говорили мне о том, что ждут от меня некоей подлинности. Я же понимал: либо шоу, либо подлинность.

Шоу – это коронный прием, уничтожающий подлинность во всем. Поэтому задачей было победить отнюдь не только Млечина и Сванидзе, а шоу как таковое. Как нашим противникам хотелось, чтобы это всё было шоу! Но к их ужасу шоу – шутовского балагана не состоялось. Война же – это трагедия. Та самая, про которую писал Бетховен: «Жизнь – есть трагедия. Ура!»

В этом смысле и к жизни в целом можно подходить по-разному. Либо как к шоу, либо как  войне и трагедии.

Беседовал

Александр Нагорный

(«Завтра»)

Поделиться:
Приемная КПРФ. Оставьте сообщение.