Меню Закрыть

МИФЫ – НЕБЫЛИЦЫ

Английский историк и социолог Джозеф Тойнби (1889-1975), автор 12-томных «Исследований истории» в послевоенной книге «Цивилизация перед судом истории» с нескрываемой симпатией к СССР писал: «Задайте любому народу вопрос, что собой представляет Запад по отношению ко всем народам, и все ответят одинаково: Запад – архиагрессор. И каждый народ найдет тому множество подтверждений, и в первую очередь – Россия».

Движущая сила агрессии – зависть. К народам многочисленным и сильным, их обширным и богатым территориям. Отсюда – захватнические войны, стремление самозваных «ревизоров» — оболгать и опошлить историю великой страны, ее свершений и побед, пуская в ход по принципу «новое – это хорошо забытое» затертые и перетертые

МИФЫ – НЕБЫЛИЦЫ

Депутат Госдумы, член Комиссии при Президенте РФ по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам страны, автор книжной серии «Мифы о России», в которой развенчал многие фальсификации о ходе Великой Отечественной войны, убедительно показал соразмерность безвозвратных потерь с обеих сторон. И всё же в телепередаче «Треугольник» (3 канал) повторил сотворенные фальсификаторами искаженные представления о подвигах самопожертвования. Мол, Зою Космодемьянскую с товарищами,  сбросили в тыл врага с парашютами. Все, кроме Зои, погибли и Зоя одна пошла выполнять задание – поджигать дома, но была схвачена полициями, поощренными за то бутылкой водки.

Мол, вот такое бессмысленное задание, такая неоправданная гибель. Но ведь опубликованы воспоминания вернувшихся с задания товарищей Зои, как и множество книг о самой Зое. Все они пересекли линию фронта не на парашютах, а партизанскими тропами, с целью поджога в немецком тылу складов, конюшен и домов, чтобы выгнать оккупантов на лютый мороз, посеять среди них, уверенных в ноябре 1941-го в скором взятии Москвы, панику.

Попутно «поправил» журналистов военных лет, писавших о подвиге летчика Николае Гастелло. Мол, «забыли» про находившихся с ним в самолете еще трех членов экипажа, сознательно решивших погибнуть как камикадзе. Но японские камикадзе еще на земле готовились к неминуемой смерти при таране. Наши же летчики – к победе, к жизни. И более пятисот, оказавшись в горящем самолете над оккупированной территорией, предпочли плену геройскую смерть с максимальным уроном врагу. А членам экипажа Гастелло – Г.Скоробогатову, А.Бурденюку, А.Калинину после войны на малой родине каждого посвятили музеи.

Вот и Станислав Говорухин, мужественно признавшийся в «Монологе» на канале «Культура», что к разрушению СССР и он своими фильмами «Россия, которую мы потеряли» и «Так жить нельзя» руку приложил, опять же вслед за фальсификаторами нашей истории повторяет, что «по вине бездарных советских полководцев мы потеряли 30 миллионов…» И выходит, вины в том Гитлера, напавшего на СССР, нет? Из 26,6 миллиона жизней наших соотчичей в Великую Отечественную около 18 миллионов – мирные жители, погибшие под фашистскими бомбежками городов, эвакоэшелонов, расстрелянные с воздуха беженцы, сожженные заживо вместе с деревнями, умершие от нечеловеческих условий на оккупированной земле и на принудительных работах в Германии… Из остальных 8.668.400 – 5.226.800 убитых, умерших от ран в санитарной эвакуации, 1.102.800 умерших от ран в госпиталях, 1.560.400 пропавших без вести, убитых, умерших в плену (в целом пропавших без вести, плененных было 3.396.400, из которых  1.836.000 в конце войны освободили из плена, а 939.700 учтенные в начале войны как «пропавшие без вести» впоследствии либо вышли к своим, скрывались на оккупированных территориях и вновь были направлены в воинские части, либо воевали в партизанских отрядах), безоружных из санблоков, банно-прачечных, пищеблоков, снабженческих и других подсобных подразделений… Для сравнения: потери немцев составили около 7 миллионов офицеров и солдат, потери мирного населения менее полутора миллионов.

Светлана Аллилуева, дочь Сталина, прожившая большую часть жизни за границей, видно, мало что помнит и знает об истории родной страны. В фильме «Старший сын Сталина» на канале Россия 1», рассуждая, почему отец «не обменял Якова на плененного фельдмаршала Паулюса», предположила, что его ждало бы на родине, если «всех пленных ссылали в Сибирь».

Эту неправду слушали потомки генералов Потапова, Лукина и других офицеров, восстановленных по возвращении из плена сосланных не в Сибирь, а восстановленных  в армии на высоких постах.

Слушали потомки летчиков – сбежавшего из плена в 1944-м Владимира Лавриненкова, освобожденного из плена в начале 1945-го Николая Егорова, не только успевших повоевать до Победы, но и удостоившихся за свое боевое мастерство званий Героя Советского Союза, а Лавриненков даже дважды.

Слушали множество потомков пленных, вернувшихся домой. Слушали и дети, внуки моего дяди Владимира Иванова, оказавшегося в августе 1945-го после фильтрационного лагеря не в «»сибирском Св августе 1945-го. И в одно время с дядей прошедших «фильтр» без ссылки в зоне» в Сибири, а в родном Балашове, в кругу дождавшейся его семьи. И таких только в Балашове были десятки. Года через два через разведку пришла «ориентировка» — в Балашов направляется агент для связи с одним из бывших пленных. Из вызванных на вторичный допрос один, преподававший в школе историю, истерично признался: «Да, меня завербовали. И скрыл это. Ждал, когда придет связной и я его сдам в органы…» Но кто ж единожды солгавшему поверит? Отправили в Сибирь, искупать вину трудом. Сам же дядя Володя рассказывал: «Ко всем в лагере немцы подступали с вербовкой. Кто-то, изголодавшись на «супе» из овощных очисток, соглашался. Потому каждого после плена и проверяли в фильтрлагерях по данным лагерных архивов, рассказам солагерников. Но иногда документов, свидетельств об измене не находилось и… отправляли домой…»

Мой учитель в журналистике Александр Александрович Жданович, попал в плен летом 1941-го под Севастополем. При контрнаступлении наших был отбит, прошел в штрафбате до Победы. Без ранений – вину «кровью не смыл». Отправили на лесоповал под Воркуту. Вернувшись, работал в газете «Красноярский комсомолец», издал первую книжку прекрасных, радостных стихов для детей «Мальчишка и солнце». Начитавшись в коротичевском «Огоньке» о «бездарности» советских полководцев, в письме Сан Санычу выразила свое возмущение виновником его пленения – адмиралом Октябрьским и получила суровую отповедь: «Как вы, не воевавшие, можете судить о войне? Присылали для нашей эвакуации катера, но немцы уже заняли высоты и палили из дальнобойных по катерам и плывущим к ним матросам. А я плохо плавал. Ночью нас, расстрелявших весь боезапас, взяли сонными. На войне у каждого своя судьба. У меня такая вот – испытание на прочность…»

Мудрому слову о.Дмитрия Смирнова внимают и верят многие. В теледиспуте «НТВшников» о Мавзолее Ленина вдруг воскликнул: «Да если б не война, большевики все бы церкви в Москве разрушили!» И как это понимать? Спасибо войне? Да не может батюшка не знать, что церкви, монастыри во все времена сносились. Для расширения дорог – как Никитский монастырь на царском пути в Кремль. Алексеевский женский, разрушенный под проклятия настоятельницы обители, ради возведения на его месте Храма Христа Спасителя. Гораздо ранее Екатерина Великая из 732 мужских монастырей оставила лишь 161, из 222 женских – всего 39. Остальные закрыла. Раздав обширные земли и монастырских крестьян приближенным.

Тогда как порицаемый Сталин своими циркулярами под грифом «секретно» останавливал разрушение храмов и аресты священников. Первый при жизни уже тяжелобольного Ленина в противодействие антицерковной политике Троцкого вышел в августе 1923-го: «…воспретить закрытие церквей, молитвенных помещений… воспретить аресты религиозного характера, поскольку они не связаны с явно контрреволюционными деяниями служителей церкви и верующих…»

12 сентября 1933 года Сталин направил руководителю ВЧК Менжинскому записку: «В период с 1920 до 1930 г. в Москве и на территориях прилегающих районов полностью уничтожено 150 храмов, 300 переоборудованы в заводские цеха, клубы, общежития, тюрьмы, изоляторы и колонии для подростков и беспризорников. Планы архитектурных застроек предусматривают снос более 500 оставшихся строений храмов и церквей… ЦК считает невозможным проектирование застроек за счет разрушения храмов и церквей, что следует считать памятниками древнего русского зодчества. Органы Советской власти и рабоче-крестьянской милиции обязаны принимать меры (вплоть до дисциплинарной партийной ответственности) по охране памятников древнего русского зодчества…»

11 ноября 1939 года Сталин направляет новому наркому внутренних дел Берия решение: «ЦК постановляет: признать нецелесообразной впредь практику органов НКВД СССР в части ареста служителей Русской православной церкви, преследование верующих; указание т.Ленина (Ульянова) от 1 мая 1919 года за № 13666-2 «О борьбе с попами и религией» и все инструкции ВЧК-ОГПУ-НВК Д, касающиеся преследования служителей русской православной церкви и православноверующих, отменить. Провести ревизию осужденных и арестованных граждан по делам, связанным с богослужебной деятельностью. Освободить из-под стражи… если деятельность этих граждан не нанесла вреда советской власти…»

22 декабря того же года Берия, направляя Сталину справку об освобождении первых партий церковнослужителей и верующих, информирует, что «предполагается освободить еще около 15 тысяч человек…» В том же году закрыли газету «Безбожник» и одноименный журнал, а следом и их издателя — Центральный совет воинствующих безбожников. И кому, как не церкви говорить эту правду (и только правду) людям, отделять зерна от плевел?

В гвалте, перепалке многочисленных теледебатов и не всегда и упомнишь.

Кто что сказал… Например, что «в СССР загоняли крестьян в колхозы на муки…» Но стоит задуматься: перед советским руководством в конце 20-х стояла дилемма: тратить сталь построенных металлургических заводов на миллионы конных плугов (для замены деревянной сохи) или тракторов? Если тракторов, то им на мелких крестьянских наделах не развернуться. Значит, нужны крупные земельные кооперативы, коллективных хозяйства. И если бы не они — войну бы не выиграли.

И сразу «слышу» телевыкрик: «Ленд-лиз нас спас, американская тушенка и прочее…» Ответ на канале «Доверие» дал один из ветеранов Великой Отечественной: «Лучше бы союзнички второй фронт, как обещали, в 42-м открыли. И не понадобились бы ни их тушенка, ни «студебеккеры» с «аэрокобрами»… Жизни скольких бы миллионов спасли…» Добавлю к тому признание руководителя американской программы ленд-лиза Стеттиниуса, что поставки в СССР продовольствия «лишь в малой степени отвечали потребностям Красной Армии и ничего почти не оставалось гражданскому населению. Поставки зерна, в частности, составили меньше трех процентов от произведенного нашими колхозами в пору, когда наиболее плодородные земли были под немецким сапогом.

К тому же ленд-лиз – это вовсе не бесплатно. За все поставки по ленд-лизу, до единого килограмма продовольствия, до каждой единицы техники,  тонны керосина СССР расплачивался не бумажной валютой, а золотом, за которым в Магадан еженедельно прилетал «Дуглас» из-за океана. И долго еще платили после Победы. Хотя золото очень нужно было для восстановления разрушенных городов, мостов, гидростанций, железных дорог, на производство тех же тракторов, на одежду и питание… И при этом СССР первым среди союзников отменил продовольственные карточки, по которым, кстати, каждый гражданин СССР гарантированно обеспечивался хлебом, крупами, жирами…

И еще неизвестное о ленд-дизе. Уцелевшую в боях союзническую боевую технику, мы возвращали хозяевам. Помнится давний рассказ ветерана-шофера: «Отремонтированные, свежевыкрашенные студебеккеры пригоняли к американскому пароходу, а их там же, прямо на палубе – под пресс, в лепешку. А нам автомашин тогда так не хватало!..»

А страна строила и в войну. В Москве – метро, в Новосибирске – крупнейший в Европе театр оперы и балета. Московский завод шампанских вин создали в начале 1942-го – сразу, как только разгромили и погнали немцев от столицы. Тогда же в ассортименте Гусь-Хрустального завода (медицинские ампулы, пробирки, колбы для термосов…) вновь появились хрустальные рюмки, фужеры. Чтоб народ к празднованию победы готовился! Во многих городах открывали (аборты строго воспрещались) ясли и сады, артели детской игрушки. Статистические сборники фронтовых лет сообщают о вводах новых школ, поликлиник, бань, парикмахерских… Не прекращался выпуск (пусть и на серенькой бумаге) журналов моды. А в 1944-м на Кузнецком мосту в Москве открыли Дом моделей По-прежнему, как и до войны, выпускали парфюм и косметику фабрики «ТэЖэ» («ТрестЖир»), грампластинки в Апрелевке.

Кстати, кто только не лягает советскую пропаганду, что долго-де не пускала в эфир песню «Враги сожгли родную хату», пока в 70-х на том не настоял Марк Бернес. А вот автор слов песни гениальный Михаил Исаковский, на чьи слова в войну и после войны распевали «Катюшу», «В лесу прифронтовом», «Огонек», радиоэфира для «Враги сожгли…» не добивался. Понимал, как и худсоветы, что в эфире, на экране нужнее песни, фильмы жизнеутверждающие – берегли психику людей.

…В передаче «Специальный корреспондент» с Марией Ситтель разговор об анекдотичных познаниях школьников в родной истории. Никита Михалков с явным осуждением цитирует ходящую среди юных незнаек байку: «Если б не наша победа, давно бы пили баварское пиво». И тут же рекламная пауза прервала обсуждение. Но вот вопрос: разве стали бы сверхчеловеки (фашисты) пить пиво с «недочеловеками», которым вместо имен на запястьях вытравляли цифры? На всех вывесках пивных на оккупированных территориях немцы неизменно добавляли «Только для немцев».

Бесчисленные теледебаты перескакивают с темы на тему: репрессии, Хрущев, «оттепель», Горбачев, свобода слова… Валентин Фалин, лично видевший руководителей СССР от Сталина до Горбачева напоминает, что самые длинные списки на репрессии в 1937-м из Москвы, в 1938-м из Киева  отправлял в Кремль Хрущев. Сталин не раз возвращал ему списки, требуя сократить. Наконец, на одном из огромных списков начертал: «Уймись, дурак!»   После смерти Сталина он же, Хрущев реабилитировал тысячи бандеровцев, устремившихся в Западную Украину, вернул «лесных братьев» в леса Прибалтики.

Чтобы противостоять клевете на Великую Победу, сегодня нужны герои. Как Владимир Меньшов, отказавшийся на одном из кинофестивалей вручить премию провокационному фильму «Сволочи». Потому что – ложь! Не в Красной Армии, а в фашистской пытались готовить из русских подростков диверсантов против своих. А как подростки противостоят телевизионной (и не только телевизионной) лжи показательно раскрыл сюжет в «Правнуках Победы» на Первом, в котором  юный воронежец с гордостью говорит, что его «прабабушка награждена орденом Славы за защиту моста в Киеве, а прадедушка – ему 91 год – тоже орденом Славы за бой под Воронежем. Только я подзабыл подробности, еще расспрошу…»

Людмила ЖУКОВА

Поделиться:
Приемная КПРФ. Оставьте сообщение.